September 29th, 2014

К сносам памятников Ленина

«Вот, шубу надев, после ночи бессонной
Ильич на охоту выходит с утра,
И вдруг замечает он пень обнажённый
В аллее, где ель зеленела вчера.

Тут Ленин зовёт лесника, негодуя:
- Взгляните, преступная чья-то рука
Тайком уничтожила ель молодую! –
И видит потупленный взор старика.
- Преступник-то я, - прозвучало признанье, -
Три дня у тебя, вишь, не топлена печь…
- Ну что ж, вам придется нести наказанье!
Вы призваны каждую ветку беречь! –
Минута проходит в молчанье суровом
И тягостном. Видимо, Ленин сердит.
Старик начинает, и – слово за словом –
В глаза Ильичу он смелее глядит:
- В России, скажу я, деревьев без счету…
Ты всю нашу родину животворишь,
О множестве жизней несёшь ты заботу,
Так ель пожалеть для тебя, говоришь?
Деревья рубить я без спросу не волен.
Народного мне ли не жалко добра?
Да ночи студёны, а ты ещё болен!
Всё трудишься, вижу, не спишь до утра… -
И Ленин смягчается, только не сразу.
Прищурился: - Ладно, пока поглядим! –
И вдруг улыбается краешком глаза:
- А вдруг повторится – под суд отдадим! –
И всё. Разговор оборвался короткий.
На пне проступила смола, как слеза.
Ильич удаляется быстрой походкой.
Лесник, не стыдясь, утирает глаза…»

С. Капутикян. «Легенда о Ленине и леснике», 1950 г.
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

"Все будет хорошо" - об одной революционной песне.

В руском авторизированном переводе я пел ее в школе. Мало кто из моих сверстников об этом помнит. Я спрашивал. Речь идет о песне Ça ira (все пойдет на лад или все будет хорошо), одной из главных песен Революции наряду с Марсельзой.  Имеется несколько вариантов как французского, так и русского текста. Даже есть роялистский вариант (один куплет в песне). Русских варианто также много. Но тот, что пели в школе почему-то не нашел.
Вот французский текст:

Ah! Ça ira! Ça ira! Ça ira!
Les aristocrates à la lanterne
Ah! Ça ira! Ça ira! Ça ira!
Les aristocrates, on les pendra!

Trois cents ans qu'ils nous promettent
Qu'on va nous accorder du pain.
Voilà trois cents ans qu'ils donnent des fêtes
Et qu'ils entretiennent dans catins!
Voilà trois cents ans qu'on nous écrase
Assez de mensonges et de phrases!
On ne veut plus mourir de faim!!!

Voilà trois cents ans qu'ils font la guerre
Au son des fifres et des tambours
En nous laissant crever de misère.
Ça ne pouvait pas durer toujours...
Voilà trois cent ans qu'ils prennent nos hommes
Qu'ils nous traitent comme des bêtes de somme.
Ça ne pouvait pas durer toujours!

Le châtiment pour vous s'apprête
Car le peuple reprend ses droits.
Vous vous êtes bien payé nos têtes,
C'en est fini, messieurs les rois!
Il faut plus compter sur les nôtres:
On va s'offrir maintenant les vôtres,
Car c'est nous qui faisons la loi!...

Эдит Пьяф поет, мне нравится:


Вот русский в разных вариантах:
Дело пойдёт на лад!


Ах, дело пойдёт! Дело пойдёт на лад,
Аристократов на фонарь,
Ах, дело пойдёт! Дело пойдёт на лад,
Аристократов повесят.
Вот уже три сотни лет нам обещают,
Что нам дадут хлеба,
Вот уже три сотни лет они устраивают праздники
И содержат шлюх,
Вот уже три сотни лет нас подавляют,
Хватит вранья и фраз,
Мы не хотим больше умирать с голоду!

Вот уже три сотни лет они воюют,
Под звуки флейт и барабанов,
Нас оставляя умирать от нищеты,
Это не могло длиться вечно!
Вот уже три сотни лет они забирают наших мужчин
И с нами обращаются как со скотом,
Это не могло длиться вечно!

Наказание для вас готовится,
Так как народ обретает свои права,
Вы хорошо заплатите за наши головы,
С этим покончено, господа короли!
Не нужно больше рассчитывать на наших,
Принесут теперь в жертву ваших,
Потому что мы теперь издаем закон, распоряжаемся!

Ах, са-ира, са-ира, са-ира!
При светочах высокого Собранья:
Ах, са-ира, са-ира, са-ира,
Народ врагам отпор сумеет дать,
Он будет ложь от правды отличать,
Добра устои прочно укреплять,
Ах, са-ира, са-ира, са-ира!

Аристократ решит протестовать,
В ответ народ наш будет хохотать.
Кто в бой идёт без содроганья,
Тот будет побеждать!

Ах, са-ира, са-ира, са-ира!
Из уст народа слышим ежечасно:
Ах, са-ира, са-ира, са-ира!
Назло упрямцам всё пойдёт прекрасно

Вот роялистская (последний куплет):