byacs (byacs) wrote,
byacs
byacs

Categories:

О «Протоколах сионских мудрецов», романе Умберто Эко «Пражское кладбище». Часть 3.

Еще одним источником протоколов послужили сочинения консервативного религиозного французского писателя Гужено де Муссо (его российский аналог – С.А. Нилус, публикатор Протоколов в России в начале ХХ в.), охотника до «мистических тем: магия, демонические обряды, тайные общества», автора книги «Евреи, иудаизм и иудаизация христианских народов» (1869 г.) - «шестьсот страниц мелким шрифтом, сподобился благословения Пия IX и пользовался значительным успехом у читающей публики». Книга де Муссо являлась примером еще и «научной» литературы XIX в.: «процент позорных женщин в еврействе выше, чем у христиан», «…из двенадцати судебных процессов по кражам в Лейпцигском суде одиннадцать подсудимых – евреи», «вообще преступления евреев самые изощренные», «евреи неуязвимы для многих заболеваний, не щадящих прочее человечество», Муссо пылко писал «об интеллектуальном превосходстве евреев», «будто сам был евреем». Симонини, делал вывод о том, что «социалисты, фурьеристы и католики-монархисты одинаково подходят к еврейскому вопросу».
Тут Симонини вплотную подходит к составлению фальшивки, в которой раввины, обсуждающие мировой заговор, собираются ни где-нибудь, а на Пражском кладбище! Симонини нужен был такой прием из приключенческой литературы для того, чтобы именно публика поверила в фантазию, так как она это уже где-то слышала (Дюма, Сю), а возможные критики и скептики не смогли бы этот вздор проверить. Потому-то Симонини и является сторонником «чистых» фальшивок, а не «полуподлинников», как то предлагал ему сделать Брафман, сфальсифицировав документы якобы «Парижского кагала».
По сюжету книги Симонини продает фальшивку некоему русскому полковнику Димитрию, представлявшему в Париже III отделение, заламывая за нее огромную сумму – 50 тыс. франков. Однако полковник обманул Симонини, он предложил разделить оплату между русской и прусской секретной службой пополам, чтобы Симонини продал свою фальшивку так сказать дважды. Интрига, согласно сюжету, заключалась в том, что потенциальный покупатель прусский полицейский агент и провокатор Гёдше должен был купить «подлинник протокола» записей «сатанинских разглагольствований» раввинов на Пражском кладбище. Однако указанный прусский агент являлся одновременно публицистом и писателем, также разрабатывавшим антисемитскую тему и писавший под псевдонимом сэр Джон Ретклифф. Согласно сюжету Симонини предложил ему указанную рукопись, а он поработал с ней в присутствии автора. А потом почти полностью воспроизвел текст «Протоколов Пражского кладбища» в своем романе «Биарицц» (1869 г.). Дело в том, что Симонини узнал об этом поздно, когда хотел продать свою фальшивку иезуитам, но был разоблачен аббатом Далло Пикалло, который сообщил ему, что «секретный документ», который он хотел продать, уже опубликован в указанном романе. Чтобы скрыть свою оплошность, а разоблачение Симонини грозило ему смертью, ему пришлось убить аббата. Симонини не смог бы доказать, что плагиатор Гёдше украл у него текст, являвшийся плагиатом. В этом крылась одна из причин раздвоения личности. Он не просто его убил, но и присвоил себе его имя и внешность, долгие годы их использовал. Позднее Симонини мстит Гёдше - «похоже, залил себе до смерти глотку одуряющим немецким пивом».
Гёдше-Ретклифф говорил Симонини, что «пишет не для денег и даже не в надежде на земную славу, а в намерении оградить германскую нацию от грязных иудейских козней». При этом в своих построениях Гёдше опирался даже и на учение Лютера; который писал, что «евреи злобны, ядовиты и окаянны до мозга костей», «много веков они были для христиан бичом, чумою», «единственное от них спасение – schärfe Barmherzigkeit» - «страшное милосердие. И что на самом деле Лютер имел ввиду как раз полное немилосердие». Интересно отметить, что религиозная составляющая Протоколов продолжает прослеживаться и в XIX в., несмотря на то, что это был век науки, а еще в даже более ранние времена, религиозные догматы подверглись серьезной переоценке. Тем не менее, именно во Франции, в стране, где впервые появилось светское государство, антисемитские идеи имели, в том числе и религиозное обоснование. Эко отмечает, что после событий Парижской коммуны «жители Франции, даже ярые антиклерикалы, сделались шибко верующими».
После Коммуны, несмотря на провозглашение (в третий раз) республики, во французском обществе усилилась потребность в осмыслении собственного «безбожного прошлого». Как ярко показывает Эко, эта потребность переросла в поиски виноватых. И они были тут же найдены – «жидомасоны». Причем они устраивали и левых - «жидомасоны-капиталисты», и правых - «жидомасоны-революционеры» и официальные круги французского общества - правительству, всегда нужны те, на кого можно свалить собственные промахи. В результате был найден общественный консенсус.
Именно в 1870-е гг. Симонини получает заказ на проведение антимасонской и «антиатеистической» кампании от церкви и одновременно от французских масонов, причем от своего непосредственного начальника в секретной полиции – тоже масона. При этом заказчики преследовали разные цели. Для церкви важно было разоблачить атеизм, материализм, социализм и другие «лжеучения безбожного века», в то время как для французских масонов из «лож для солидных людей» важно было осудить «крайности» прогрессивных учений, а также провести своего рода чистку лож от дискредитирующих масонство элементов, - оккультистов, сатанистов, левых радикалов и т.п. Кроме того, Эко не без иронии отмечает, что в дни Коммуны «братья-масоны» были в буквальном смысле по разные стороны баррикад и стреляли друг в друга.
На страницах романа появляется Лео Таксиль авантюрист, скандальный писатель и политический деятель, который был известен в СССР как автор воинствующей антихристианской литературы. Однако тот факт, что Таксиль одно время примыкал к крайне правым кругам, был автором и издателем французской антимасонской литературы («Масонская Франция», «Разоблаченное франкмасонство» и др.) в СССР не афишировался. Одно время Таксиль состоял в ложе, но был оттуда исключен, за «аморальное поведение», организовывал аферы, информационные провокации и т.п. Затем резко переменил убеждения, отказался от воинствующего антихристианства и стал правоверным католиком. В 1880-х гг. Таксиль выпускал периодическое издание «Дьявол в XIX веке», где «разоблачал» масонов, иллюминатов и т.п.
На страницах книги появляются и другие эксцентричные персонажи. Например, Диана Воган – «раскаявшаяся палладистка» (последовательница одной из разновидностей сатанизма), психически больная женщина, страдающая одной из самых опасных форм истерии и лечащаяся в клинике. Главный герой, Таксиль и др. персонажи вызывают у нее приступы истерии, в результате чего она выдает бред, который записывается и разбавляется вымыслами писателей о «масонском заговоре». Подобная беллетристика, с лихо закрученным сюжетом, яркими героями, один из которых – женщина, невероятными приключениями, имеет огромную аудиторию и крайне популярна. Симонини не без тщеславия отмечает, что в этом он «превзошел своего учителя» Дюма.
В то же время лидеры националистов и антисемитов Леон Доде (сын известного писателя-демократа Альфонса Доде), Морис Дрюмон (автор «капитального» и переведенного на многие языки труда «Еврейская Франция») и др. стали относиться скептически к антимасонской кампании, к тому же, как подчеркивает Эко, среди масонов было немало роялистов и антисемитов (что было для XIX в. как раз обычным явлением, тогдашние ложи были только для христиан и «порядочных людей», а евреев туда как раз не пускали), а Таксиль антисемитом не был. Кроме того, он отказался и от своих антимасонских взглядов и заявил, что дурачил всех «как всегда». Занимаясь разоблачением масонов, отказывался принимать участие в травле евреев: «папы покровительствовали обитателям гетто, почитая их за граждан страны, хотя и граждан второго сорта», а о Дрюмоне говорил, что его юдофобия является «неким помрачением рассудка». Симонини добавлял, что Дрюмон «не терпел евреев восторженно, истово, на грани сексуального запала», «это были эротические спазмы». При этом иронично отмечал, что сам Дрюмон, как никто другой, внешне напоминал еврея, а точнее ветхозаветного пророка. Таким образом, складывание теории именно «жидомасонского заговора», происходило не так гладко, как это представляется. 
Эко подчеркивает, что либеральная Франции «подарила миру» не только «Декларацию прав человека и гражданина», «Марсельезу», но и Протоколы. Идея «жидомасонского заговора» получила окончательное завершение в России. Ее заказчиком был Рачковский, а уже «доработал» Протоколы М.В. Головинский – французский журналист и сотрудник российских спецслужб (его отец проходил по делу петрашевцев вместе с Достоевским). Причем Рачковский с циничной прямотой объяснял Симонини зачем в российскую политику нужно включить Протоколы, отмечая, что «не собирается уничтожать евреев. Могу сказать, что евреи мое оружие», «нужно иметь врага», «порядочный враг, устрашающий и узнаваемый должен быть у самого порога дома. Вот поэтому евреи», «дарить надежду народу – именно для этого нужен враг», «Самосознание строится на ненависти. Ненависть надо культивировать. Враг – друг всех народов. Нужно кого-то ненавидеть, чтобы оправдывать собственную мизерность. Ненависть – истинная природная страсть. Аномальна как раз любовь. За нее Христа и распяли. Он выступал против человеческой природы». Рачковский путем шантажа заставляет Симонини доработать «Пражские протоколы» в нужном ему ключе и уступить ему их бесплатно. Следует добавить и одну интересную деталь, о которой не упомянул Эко. Когда Протоколы появились в России, некоторые сторонники их подлинности призывали не путать «Сионских мудрецов» и национальное движение евреев – сионистов.
Tags: Протоколы сионских мудрецов, Умберто Эко, теория заговора
Subscribe

  • Какую страну потеряли...

    Я не расист, но не хочу жить в одной стране с этим Сыктымбеком Ченгизхановичем... Пусть приезжает в гости и обратно. Так что спасибо ЦРУ, Ми-6 и…

  • Про статьи Путина.

    Сидел бы на пенсии, писал бы статьи, - одну про надоевшую ВОВ, а вторую про такую же надоевшую Украину. Начну со второй - все эти экскурсы в историю…

  • Почему я не верю в спутник...

    Сразу скажу - упаси Боже, я не антипрививочник. Просто скептик, - уже писал не раз - все вакцины сделаны по-быстрому, по сути это военная медицина,…

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment